Попрощаться с девчонкой #мой2018

Попрощаться с девчонкой

Попрощаться с девчонкой #мой2018

У меня трое детей – два мальчика и девочка. В сущности, следовало бы сказать наоборот, потому что девочка старшая. Но на деле все совсем по-другому. Она, как бы это так выразиться… особенная. Нет, не совсем в том смысле, в котором принято употреблять это слово в отношении детей. Но и в том тоже.

Мы с ней никогда не расстаемся. Она без меня не может прожить ни минуты. Ни игры со сверстниками, ни гаджеты ей (без моего участия) не интересны. Зато она постоянно пытается высказаться… По любому поводу. И добро бы, она обладала хоть каким-то чувством такта или ощущала грань между можно – нельзя. Но нет, она рубит правду-матку, а дальше – отдувайся, мама.

В преддверии новогодних праздников испортила мои отношения с соседкой, поинтересовавшись, почему у всех еще суровые будни, а она уже третий день как празднует. И когда та ответствовала, что, дескать, ни в одном глазу, возразила, что может составить винную карту по ароматам, которые от нее исходят.

Я понимаю, соседка все время ругает моих мальчиков за чрезмерную активность. Я и сама порой на нее злюсь. Но именно в этот день она была в чрезвычайно доброжелательном расположении духа. Пожалуй, действительно винного. Но мне-то нет дела до того, что за потусторонние силы приводят людей к хорошему настроению! А ей вот есть.

Далее, она дуется на братьев, словно они одногодки. А ведь она на десяток лет старше! «Я тебя ненавижу!» – кричит младший, когда я запрещаю ему обгрызать ноготь. С меня, как с гуся вода. Я же понимаю – он мал еще, и по росту, и по уму.

Но мне приходится удерживать от рукоприкладства эту категоричную правдолюбку, которая уже скрипит зубами и готовится в атаку.

И так – изо дня в день. Уходить она не хочет, развиваться и самосовершенствоваться – тоже. Специально для нее выделила кругленькую сумму – на парикмахерскую, СПА, маникюры и прочую дребедень. Взяла. Пошла и купила глобус, конструктор LEGO и три билета на ледовое шоу. Говорю: «Хорошо, хоть здесь о себе не забыла!» Отвечает: «А это для тебя».

Но все. Сегодня Новый год – как раз самое время, чтобы начать все с чистого листа. Скажу ей: «прости, милая, но ты уже не только себе, но и мне мешаешь», выделю денег – и пусть живет как знает, только чтоб подальше от нас…

И вот сидим мы под елкой… Малые давно сопят навстречу своим пятнадцатым снам, плещущиеся в наших бокалах невидимые рыбки из озорства время от времени выпускают свои золотистые икринки… Мы сидим молча. Мне говорить страшно. Да и, по правде, не хочется – так хорошо и уютно вдруг оказалось наедине с этой взъерошенной восемнадцатилетней девчонкой.

Она начинает первой. «Пора уходить?» – спрашивает она. Я могу только сглотнуть ежа, неожиданно застрявшего в горле, и кивнуть.

Она долго смотрит в серое небо за окном. «Новый год в этот раз… влажный, как глаза на мокром месте, – невесело ухмыляется. – Дай закурить!» – «Ты куришь?» – «А ты не помнишь? Сколько лет прошло? Десять? Двенадцать? А ты все забыла. Как же ты… Как же ты могла?». Она выдувает в воздух три кольца кряду и резко поднимается.

«Ну все, мне пора!» Я хотела бы остановить ее, но что-то подсказывает, что ей действительно время уходить. Что у нас разные дороги: у нее – назад, в давно понятое прошлое, у меня – вперед, в туманное и неясное утро нового года. И по-другому быть не может. Иначе как же мои мальчишки?

Я подхожу к зеркалу и долго смотрю на взъерошенную злую девчонку напротив. Затем тщательно расчесываюсь и собираю волосы в тугой пучок на затылке.